На втором курсе мне на почту пришло приглашение на программу по обмену

На втором курсе мне на почту пришло приглашение на программу по обмену

На втором курсе мне на почту пришло приглашение на программу по обмену

Виталий Пустовалов, сегодня студент магистратуры Кембриджского университета, – о том, как он попал в Великобританию после физфака МГУ, почему не уехал в Европу раньше и какова во всем этом роль London Gates, где он успел побыть и учеником, и учителем.

Виталий, поздравляю вас с зачислением на магистерскую программу в Кембридж. Расскажите, с чего все началось. Когда вы решили поступать в британский вуз?

Все началось в десятом классе. Мой лучший друг пошел учиться в London Gates на программу A-levels и начал готовиться к поступлению в Великобританию. Я тоже загорелся такой идеей и пришел в London Gates. Но в тот момент я еще не осознавал, насколько все будет непросто и как много сил потребует. Во многом поэтому первые экзамены – а в ходе двухлетнего обучения на A-levels надо сдавать несколько сессий – я прошел не слишком удачно.

Вообще сложно было учиться на A-levels?

Непросто. Но только пока не происходит некоторая переоценка ценностей в голове. Например, я до десятого класса любил компьютерные игры. А с A-levels времени на них просто не осталось. Но спорт, например, я в своей жизни сохранил. Я вообще люблю всякие подвижные игры: футбол, настольный теннис, бадминтон. Но моя особая страсть – волейбол. Я им по сей день увлечен и играю почти на профессиональном уровне.

Тем не менее уже вторую сессию на программе A-levels я сдал хорошо. И дальше проблем не возникало. На второй год обучения, в начале 11-го класса, я подал документы в пять британских университетов – это максимально возможное число для абитуриента. Мне пришло четыре подтверждения о поступлении – из Имперского колледжа Лондона, Саутгемптонского и Лидского университетов и Университета Саррея. Из пятого вуза, в который я стремился больше всего, из Кембриджа, я получил отказ. Все из-за первых неудачных экзаменов. Не помогло даже то, что я их потом хорошо пересдал – это распространенная практика на A-levels, но некоторые вузы обращают внимание на пересдачи. Так что Кембридж сказал: «Дружище, извини».

И вы решили остаться в России? Даже несмотря на то, что ваш друг уехал?

Да, друг поступил в Оксфорд. А я решил, что все-таки останусь здесь. Наверное, я тогда еще морально не был готов к отъезду. К тому же моя классная руководитель и моя семья говорили мне, что остаться в России и начать получать высшее образование здесь, а потом уже продолжить в Европе – путь более сложный, но более интересный. Сегодня, когда у меня позади бакалавриат физического факультета МГУ, я, пообщавшись со сверстниками, получившими степень бакалавра в Кембридже, Гарварде и Массачусетском технологическом институте, могу сказать, что российское образование ничуть не уступает европейскому и американскому. Но именно бакалавриат. С магистратурой все не так однозначно, поэтому я и принял решение уехать.

Итак, после 11-го класса вы остались, но от идеи оказаться в западном вузе не отказались?

Да, я подал документы только в МГУ на физфак, больше никуда, и поступил. С самого начала обучения я знал: чтобы попасть в магистратуру в Европе, мне нужен красный диплом. Я отслеживал все эти условия очень внимательно. И поставил себе задачу сдать первую сессию на все пятерки. А первая сессия на физфаке МГУ очень непростая. У нас был один преподаватель, который, помню, посмотрел на полную аудиторию первокурсников и сказал: «Во втором семестре вас будет на четверть меньше». Тем не менее я сдал сессию на все пятерки – и понял, что, кажется, у меня есть шансы на успех. Но расслабляться было рано. На втором курсе мне на почту пришло приглашение из Кембриджа на программу по обмену. И там тоже значилось условие: к началу четвертого курса не должно быть ни одного потерянного балла. Я тогда, помню, еще не верил в возможность подобного. Задавался вопросом: «А такие люди вообще в природе существуют?» Сейчас, оглядываясь назад, могу сказать, что получил только одну четверку за все время обучения. И то уже на последней сессии, которая ни на что не влияла.

В начале четвертого курса я направил запрос на магистерскую программу в три университета, выбрал самые топовые – наверное, немного переоценил себя в этом плане: Оксфорд, Кембридж и Швейцарскую высшую техническую школу в Цюрихе.

Утром 9 января я получил отказ из Оксфорда. Но расстроиться не успел, так как на вечер того же дня у меня было назначено собеседование с Кембриджем. А от друзей в британских вузах я знал, что это уже 90-процентная гарантия того, что тебя взяли.

О чем спрашивают на таком собеседовании?

Это во многом формальность. Они должны убедиться, что ты действительно тот человек, за которого себя выдаешь по документам. Ну и проверить на базовую адекватность. Так что уже 16 февраля мне прислали подтверждение о приеме в магистратуру.

Я знаю, что, став студентом МГУ, вы вернулись в London Gates, но уже в другой роли. 

Закрыв первую сессию, я подумал, что нужно попробовать совмещать учебу с работой. Мне очень хотелось быть независимым в денежном плане от своих родителей. Даже первую сессию я стремился сдать хорошо еще и ради повышенной стипендии, хотя речь о совсем небольшой сумме. И во втором полугодии я начал репетиторствовать – ездил по Москве и занимался с детьми. Однако дорога отнимала очень много времени. И вот тогда я подумал о London Gates, но уже в качестве преподавателя.

Вообще, я очень люблю английский язык, процесс общения на нем. Потому что есть ощущение, что ты все понимаешь и это результат твоего труда. Поскольку все общение в London Gates происходит на английском, для меня это была возможность не только не забывать, но и продолжать совершенствовать язык. Так что я пришел в уже знакомые стены – и меня взяли. Считаю, что именно поэтому я очень хорошо сдал IELTS перед подачей документов в магистратуру.

Вы работали с маленькими детьми?

Будучи студентом второго курса, я вел математику у детей 11–13 лет, потом начал вести занятия онлайн для студентов A-levels. Ну а с третьего курса мне доверили очную математику на A-levels.

Вы рассказывали ребятам, что поступаете в магистратуру и какие усилия прикладываете?

Признаюсь, что до получения приглашения от Кембриджа я не особенно распространялся о происходящем. Но когда все получилось, я, конечно, этим поделился – в качестве мотивации. В первую очередь чтобы объяснить, что все люди, и все ошибаются, и все заваливают экзамены. И если вдруг ты оступился, что-то пошло не так, не надо ставить крест и говорить: «Я не смогу». У меня самого в какой-то момент возникла мысль, что в Кембридж поступают лучшие из лучших, самые трудолюбивые. И показалось, что я не такой и мне даже не стоит пытаться. Но это не так, главное – много учиться и прикладывать много усилий.

Преподаватели в London Gates часто становятся примером для детей, поскольку сами успешны в области науки, которой занимаются… 

Да, меня и в школе – я окончил 67-ю школу на Кутузовском проспекте, и в London Gates, когда я был еще учеником, окружали суперинтересные преподаватели. С частью из них я потом общался уже в качестве коллеги и очень этому рад. Я восхищался ими, они меня вдохновляли стремиться к большему, потому что, глядя на них, я понимал, что вот он, результат, главное – много работать.

А когда вы для себя решили, что ваш путь – это физика и математика?

В восьмом классе школы мы выбирали специализацию. Было четыре опции: математика, физика, биология и гуманитарные науки. О них-то я сначала и думал. Мои родители видели меня дипломатом. К тому же я любил английский язык. Но в последний момент меня отговорили, справедливо указав, что заниматься нужно будет не только языком, но и чем-то менее мне интересным вроде литературы. Так я оказался в математическом классе. А потом в школу пришел очень харизматичный преподаватель физики. Он проработал у нас всего год, но настолько увлек меня предметом, что я попросил его стать моим репетитором. И он согласился!

Только представьте, он приезжал ко мне домой по воскресеньям в семь утра. И я вставал, чтобы позаниматься. Но он вставал и того раньше – в пять, наверное. Однако вот такое у нас было обоюдное стремление к обучению. Он мне приносил всякие интересные публикации в журналах, какие-то небанальные задачи. Именно он вдохновил меня на вот это познание окружающего мира, на то, чтобы задавать себе огромное количество вопросов и искать ответы на них. С тех пор я понял, что да, копать глубоко в теоретическую математику не хочу, а вот физика во всех смыслах мне интересна. В университете я уже выбрал специализацию –  окончил кафедру биофизики.

Какие планы после магистратуры? Аспирантура?

Нет, я мечтаю пойти работать. Если честно, я думал, что если останусь в России, то сделаю паузу после бакалавриата на год и найду работу. Мне бы, конечно, хотелось немного отдохнуть от учебного ритма последних лет. Я даже уточнял в Кембридже, есть ли возможность отложить старт обучения на год, но, к сожалению, нет.

Насколько мне пока удалось выяснить, работу после магистратуры найти в Великобритании или где-то в Европе вполне реально. Но я буду искать именно работу в науке. В каком-то университетском стартапе, например. Можно было бы подумать о том, чтобы запустить стартап самому. Но боюсь, у меня не хватит на все сил. К тому же у меня пока учебная виза, не рабочая.

Но если так не выйдет, то пойду в аспирантуру – в Великобритании или Швейцарии, например. Я же из Швейцарской высшей технической школы тоже получил приглашение зимой. А прошлым летом я стажировался в вузе в Лозанне – и там мне тоже понравилось. Вообще, в Швейцарии очень много биологических компаний, технологических стартапов. Эти возможности я тоже держу в голове.

Учиться в London Gates